15-й год выпуска № 1 / 30 января 2015 | 10 швата 5775

Порознь и вместе

Отдел образования ЦСЕГ провёл конференцию, посвящённую отношениям между еврейскими общинами и еврейскими музеями

Хайнц-Петер Катлевски

В Германии насчитывается около 50 еврейских музеев. Наибольшей известностью пользуются прежде всего такие крупные учреждения, как Берлинский еврейский музей и музеи во Франкфурте и Мюнхене с большим количеством сотрудников, архивами и бюджетом.
Однако в основном еврейские музеи не такие большие и не находятся вблизи сегодняшних еврейских общин. Они часто расположены в бывших, переживших времена нацизма, синагогах и финансируются местными инициативами и управлениями культуры. Как правило, они предлагают небольшую постоянную экспозицию, посвящённую истории евреев в данном регионе, информируют о еврейских праздниках и обычаях, а также проводят культурные мероприятия. Музеи покрупнее могут позволить себе организовывать профессионально оформленные временные выставки. В качестве примера можно привести Музей еврейской культуры Аугсбурга–Швабии, Старую синагогу в Эрфурте, Вестфальский еврейский музей или Еврейский музей Франконии.
В январе отдел образования Центрального совета евреев в Германии пригласил еврейские музеи на встречу с представителями еврейских общин. В конференции, которая прошла в Берлине, приняли участие порядка 40 человек, представлявших около 20 музеев и общин.
Управляющий делами ЦСЕГ Даниэль Ботман подчеркнул особую роль еврейских музеев. Он заявил, что они выполняют важную функцию, являясь окнами, через которые можно взглянуть на историю евреев. По его словам, между общинами и музеями нет никакой конкуренции. Ботман сказал, что хотя иногда и утверждают, что «еврейские музеи занимаются мёртвыми, а общины – живыми», однако это не так.
Научный директор отдела образования профессор Эрфуртского института прикладных наук Дорон Кизель констатировал: «Музеи и общины практически не контактируют друг с другом». Он задался вопросом, нужно ли сохранять дистанцию или всё же можно что-то делать сообща.
Итог конференции можно сформулировать следующим образом: хотя общины и музеи выполняют разные задачи, однако в определённых вопросах сотрудничество возможно и желательно.
Как рассказала директор программ Берлинского еврейского музея Цилли Кугельман, выставки в музеях предназначены в первую очередь для неевреев и знакомят широкую общественность с основами иудаизма. По словам Кугельман, Берлинский еврейский музей, построенный по проекту Даниэля Либескинда, ежегодно посещают 600 тысяч человек, 70 процентов которых – иностранные туристы. Описывая разницу между своим музеем и общиной, Кугельман сказала: «Наш музей посвящён еврейской истории и культуре, а кроме того, мы занимаемся исследовательской работой». Актуальным примером той роли, которую могли бы играть еврейские музеи, является проходящая в настоящее время в Берлинском еврейском музее временная выставка, посвящённая различным взглядам на ритуальное обрезание. Тем самым этот музей, являющийся федеральным учреждением, затронул тему, по поводу которой два с половиной года назад в обществе велись ожесточённые споры.
Отдел образования Берлинского еврейского музея ездит с просветительскими программами по Германии, стремясь к непосредственному контакту с населением. В свою очередь педагогический центр Франкфуртского еврейского музея пытается бороться с антиеврейскими предрассудками среди мусульманской молодёжи.
Заместитель директора Еврейского музея во Франкфурте-на-Майне Фриц Бакхаус подчеркнул, что перед музеями стоит задача привлекать самую разнообразную публику. Тем не менее его музей уже проводил выставки на темы, касающиеся непосредственно общины и её членов. Так, например, в 2010 году в этом музее под руководством историка д-ра Дмитрия Белкина была организована большая выставка «Именно Германия!», посвящённая 20-летию еврейской иммиграции из бывшего СССР. С помощью фотографий и инсталляций, а также многочисленных, зачастую очень личных предметов, привезённых с родины, эта выставка рассказывала о причинах, побудивших людей эмигрировать, и о надеждах общин на возрождение еврейской жизни в Германии. На выставке также говорилось как о настороженности, с которой старожилы в общинах поначалу относились к новоприбывшим, так и о взглядах иммигрантов: об их представлениях о немецкой культуре и об их надеждах на будущее, об утрате социального статуса и прерванных карьерах, о новой жизни и о шансах, которые открывались прежде всего перед молодёжью. Не прошло и двух лет, как Еврейский музей в Мюнхене организовал похожую выставку, использовав для этого собственные источники.
Истории иммигрантов вызвали интерес не только у широкой общественности, но и у многих членов общин. Руководитель отдела образования ЦСЕГ Сабена Донат вспомнила, как молодые люди начинали плакать, увидев знакомую вещь, привезённую с родины. Она подняла вопрос о том, должны ли выставки воздействовать на эмоции членов общин, чтобы вызвать их интерес. Дорон Кизель считает, что общины и музеи могут сотрудничать в области образовательной работы и что такое сотрудничество может служить платформой для обмена идеями и научными мнениями.
Особое положение занимают музеи, созданные самими еврейскими общинами, например, Еврейский музей Эммендингена, который тем не менее претендует на самостоятельность. Ещё один пример – это музей «Шалом Европа» Еврейской общины Вюрцбурга и Нижней Франконии. Как рассказал научный руководитель музея профессор католической теологии в отставке, специалист по иудаике Карлхайнц Мюллер, профессионально оформленная, расположенная в современных, наполненных светом помещениях общинного центра экспозиция музея ориентирована в первую очередь на 1000 членов общины и ставит своей целью познакомить их с еврейской историей и традициями. Однако музей часто посещают и представители нееврейского большинства.