14-й год выпуска № 5 / 30 мая 2014 | 1 сивана 5774

Длинная тень прошлого

Прошедшая в Берлине конференция отдела образования ЦСЕГ была посвящена проблемам «третьего поколения»

Карстен Диппель

«Когда я сравниваю свою семейную жизнь с жизнью типичной немецкой семьи, то вижу огромную разницу. В раннем детстве на это так не обращаешь внимания, но потом, когда сталкиваешься с внешним миром, замечаешь, что мы – другие. Есть определённые обстоятельства, которые влияют на нас до сих пор, которые заставляют нас по-другому строить свою жизнь и относиться к семье», – говорит биолог и социальный педагог Беттина Швицке из Берлина, работающая на общественных началах в организации «Лиммуд». В мае она приняла участие в организованной отделом образования Центрального совета евреев в Германии конференции «Воспоминания и травмы в третьем поколении», на которую приехало более ста человек.
Одним из поводов для проведения конференции стала вышедшая в прошлом году книга «Die Enkelin» («Внучка»), написанная юристом Ханной Тшебинер из Франкфурта-на-Майне. В этом очень личном автобиографическом эссе автор рассказывает о том, как она росла в семье, в которой по сей день ощущается влияние Шоа. Голос так называемого третьего поколения (внуков людей, переживших Шоа) звучит и в недавно вышедшем фильме «Schnee von gestern» («Это было давно») израильского режиссёра Яэль Реувени, живущей в Берлине.
В последние годы выходит множество книг и фильмов представителей этого поколения. В них авторы задаются вопросами о своей еврейской идентичности в сегодняшней Германии, вопросами о том, как им, спустя 70 лет после Шоа, жить с тем следом, который эта травма оставила в их чувствах и жизни. Большой резонанс, вызванный приглашением на конференцию, показывает, насколько эта тема важна для представителей третьего поколения.
На конференции было больше вопросов, чем ответов на них. Так, участникам помимо научного рассмотрения проблемы и её осмысления в фильмах и литературе была предоставлена возможность для размышлений и анализа. Участники конференции собирались небольшими группами, чтобы в абсолютно безопасной обстановке под руководством еврейских психотерапевтов и психоаналитиков обменяться своим очень личным опытом и, возможно, впервые в жизни рассказать о пережитом другим людям.
Психоаналитик Курт Грюнберг из франкфуртского Института имени Зигмунда Фрейда рассказывает, что многие представители третьего поколения обращаются сегодня за психотерапевтической помощью. По его словам, до сих пор отдалённым последствиям Шоа не придавалось должного значения. Однако, с другой стороны, нельзя относить все связанные с этой проблематикой явления к категории психопатологии. Грюнберг говорит, что некоторые вещи люди предпочитают забыть, поскольку воспоминания о крайне травмирующих событиях очень трудно интегрировать в повседневную жизнь.
Грюнберг, который, помимо прочего, был руководителем еврейского психотерапевтического консультационного центра, является членом-учредителем клуба переживших Шоа. Работая с ними, он часто замечает, что они реагируют на эти крайне травмирующие воспоминания посредством диссоциаций и что эти травмы скрыты в сознании как приводящие в замешательство, мучительные и тревожащие фрагменты воспоминаний. Однако в какой-то момент на переживших Шоа могут нахлынуть воспоминания, и тогда скрытое в сознании неожиданно вырывается наружу. Нередко с этим приходится сталкиваться и представителям третьего поколения.
Дед Ханны Тшебинер ребёнком пережил ад лагеря смерти. «Мой дед сидел с нами за столом, как живое свидетельство ужасов Аушвица. Когда к нам приходили друзья, они часто пугались тишины в нашем доме», – рассказывает она. По словам Тшебинер, сегодня ей часто не хватает некоего фундаментального доверия к миру. Свою книгу она смогла написать только после смерти деда. Однако она говорит, что «без этой книги она не могла бы существовать».
Конференция, на которую приехали евреи разного возраста и происхождения, быстро продемонстрировала, что понятие «поколение» слишком расплывчато, поскольку оно охватывает большой возрастной диапазон. По словам руководителя отдела образования ЦСЕГ профессора Дорона Кизеля, к третьему поколению могут относиться как 10-, так и 50-летние. Кроме того, человек может принадлежать одновременно к разным поколениям. Так, Беттина Швицке, родившаяся в 1976 году, причисляет себя к третьему поколению, хотя её мать ребёнком пережила Холокост, прячась в подполье.
Многие рассказы участников показали, что тень прошлого накладывает свой отпечаток и на сегодняшний день. Часто задавался вопрос об общем опыте, объединяющем внуков людей, переживших Шоа. Как рассказал Курт Грюнберг, часто встречаются конфликты, связанные с идентичностью. Нередко приходится сталкиваться с феноменом воспитания, характеризующегося чрезмерной заботой и контролем. В принципе многие задаются схожими вопросами: как жить в сегодняшней Германии человеку, члены семьи которого пережили Шоа? Как рассказывать о прошлом, что и в какой форме передавать следующему поколению? Как можно избежать «затенения собственной биографии» (как выразился Миха Брумлик) и жить своей собственной жизнью?
«Я боюсь нелояльности друзей, – рассказала искусствовед Сара Айнвойнер, живущая в Берлине. – Чем старше я становлюсь, тем больше я ощущаю этот страх. Я вспоминаю о своих родителях, бабушках и дедушках, которые его постоянно испытывали». Она говорит, что ощущает страх, хотя ей хорошо живётся в Германии.
Беттина Швицке рассказывает, что в то время как друзья-неевреи часто во всех подробностях хотят знать о Шоа, в кругу еврейских друзей и знакомых эта тема поднимается очень редко, хотя подспудно она, конечно, всегда присутствует. Это и так понятно, ведь «каждый кого-то потерял, у каждого своя история». В то же время Швицке считает, что определять себя через Шоа слишком болезненно. Мы должны продолжать жить здесь и сейчас», – говорит она.