14-й год выпуска № 1 / 31 января 2014 | 30 швата 5774

Первым делом – безопасность

Во время своей насыщенной событиями жизни Ариэль Шарон оказал большое влияние на развитие еврейского государства

11 января скончался Ариэль Шарон. У бывшего главы правительства Израиля были не только друзья. В своей стране он на протяжении десятилетий был любимцем одной части политического спектра и объектом неприязни для другой, причём в конце его политической карьеры, те, кто относился к нему с симпатией, стали испытывать к нему антипатию, и наоборот. За границей он часто становился объектом жёсткой критики и мишенью для антиизраильских предрассудков.
Шарон, бесспорно, был сложной личностью. Впрочем, он никогда и не пытался сглаживать острые углы и не старался всем угодить. Поэтому конфликты были неизбежны.
Практически с детства главным для Шарона была безопасность Израиля. Он родился в 1928 году в подмандатной Палестине и ещё подростком вступил в еврейскую боевую организацию Хагана. Уже на раннем этапе он стал специализироваться на проведении спецопераций и борьбе с терроризмом. В 1953 году по распоряжению премьер-министра Давида Бен-Гуриона он основал и возглавил антитеррористическое Подразделение 101. Будучи талантливым офицером, он быстро поднимался по служебной лестнице, несмотря на то что его своевольный характер нередко становился причиной конфликтов. Его опыт, накопленный в борьбе с терроризмом и в других областях, по сей день имеет большое значение для израильской стратегии. Проведённые им фронтовые операции, например, во время Шестидневной войны, также вызвали большой интерес, в том числе и у военных других стран.
В августе 1973 года он уволился из армии в звании генерал-майора, однако уже в октябре того же года его в качестве командира дивизии направили на Синайский фронт во время войны Судного дня. Там Шарон, снова вопреки планам своего начальства, провёл свою самую знаменитую военную операцию: форсирование Суэцкого канала, благодоря которому Израиль в конце концов одержал победу в войне. Самое позднее тогда он стал в Израиле легендарной личностью.
В 1973 году Шарон ушёл в политику и в 1977 году после некоторых перипетий стал ключевой фигурой в право-консервативной партии «Ликуд». После того как премьер-министр Менахем Бегин назначил его министром сельского хозяйства, Шарон неустанно оказывал поддержку израильской поселенческой деятельности на территориях, находившихся под контролем Израиля с 1967 года. Он открыто преследовал цель предотвратить возврат этих территорий, причём не из религиозно-идеологических побуждений, а из соображений безо­пасности. У этой позиции до сих пор есть влиятельные сторонники.
Кардинальным решением, призванным обеспечить безопасность Израиля, должна была стать Ливанская война 1982 года, в подготовке которой Шарон, который тогда был министром обороны Израиля, принял ведущее участие. Он преследовал цель обезвредить вооруженные формирования ООП на территории Ливана и помочь прийти к власти дружественным Израилю группам в Бейруте, состоявшим в основном из христиан. Первую часть плана в общем и целом удалось осуществить, однако его вторая часть потерпела фиаско. Шарону пришлось уйти с поста министра обороны, поскольку израильская следственная комиссия обвинила его в халатности в связи с резнёй палестинцев и шиитов, учинённой вооружёнными формированиями ливанских христиан в Сабре и Шатиле.
Однако Шарон остался в политике, занимал важные министерские посты и в 2001 году, будучи председателем «Ликуда», был избран премьер-министром. На этом посту он предпринял решительные меры, благодаря которым удалось успешно положить конец развязанной палестинцами террористической войне в отношении Израиля (речь идёт о так называемой Второй интифаде). При этом он руководствовался сформулированным им самим полвека назад принципом, согласно которому Израиль должен демонстрировать своим врагам, что и они уязвимы.
Намного менее прогнозируемым был уход Израиля из Сектора Газа, решение о котором Шарон принял в 2003 году и который был осуществлён в 2005 году вопреки ожесточённому сопротивлению широких политических кругов и значительной части населения. Для этого премьер-министр ушёл из «Ликуда» и основал центристскую партию «Кадима». Его бывшие соратники из правой части политического спектра не только подвергли его резкой критике, но и попытались дискредитировать его, зато левые с восторгом поддержали Шарона. Впрочем, его решение об уходе из Газы не означало, что он переметнулся в лагерь борцов за мир: он просто надеялся обеспечить Израилю большую безопасность.
Однако эта надежда не оправдалась: Сектор Газа, находящийся под властью движения ХАМАС, превратился в исламистское квазигосударство и плацдарм для террористов. Можно провести интересную параллель между Ливанской войной и уходом из Газы. В Ливане Израиль предпринял попытку изменить расклад политических сил с помощью наступательной военной операции, в Секторе Газа он попытался добиться схожей цели с помощью одностороннего отступления, однако и в первом, и во втором случае планы Израиля потерпели фиаско. Впрочем, Шарону не довелось увидеть результаты ухода из Газы. 4 января 2006 года, после тяжёлого инсульта, он впал в кому, из которой уже не вышел.
Оглядываясь назад, можно сказать, что не только успехи Шарона в области укрепления безопасности Израиля, но и его неудачи ещё долго будут оказывать влияние на судьбы этой страны. Со свойственной ему радикальностью мышления Шарон стремился определить политические границы военной силы, но потерпел неудачу при попытке одностороннего размежевания с враждебными соседями. Его преемники усвоили этот урок, и это тоже является частью его наследия.

wst