13-й год выпуска № 9 / 27 сентября 2013 | 23 тишрея 5774

Осязаемое прошлое

Еврейская теологическая академия в Бреславле была закрыта нацистами 75 лет назад, но её традиции продолжают жить. Теперь они возрождаются и в Германии

 Карстен Л. Вильке

Есть учреждения, влияние которых ощущается ещё долгое время после того, как они прекратили своё существование. В еврейском мире ярким примером тому является Еврейская теологическая академия в Бреславле (ныне Вроцлав), действовавшая с 1854 по 1938 год. Её философия и методы обучения были переняты целым рядом еврейских академий и вузов по подготовке раввинов и не потеряли своей актуальности до сих пор.
К учреждениям, опирающимся на бреславльскую модель, относится в частности Еврейская теологическая академия в Нью-Йорке – одно из наиболее значительных образовательных и научно-исследовательских заведений для раввинов, учителей и научных работников. Само название этого основанного в 1886 году учреждения отсылает нас к традиции академии в Бреславле. По её образцу в 1877 году была создана и раввинская академия в Будапеште, которая существует по сей день. В Германии на аналогичных принципах была основана Берлинская высшая школа иудаизма (1872-1942). Тех же традиций придерживается и новый, действующий с начала зимнего семестра этого года Институт еврейской теологии при Потсдамском университете.
Выдающуюся роль, которую академия в Бреславле играла в период своего существования, и её значение в последующие годы можно объяснить, говоря словами её первого директора Захариаса Франкеля, «взаимопроникновением теологического обучения и науки». Благодаря этой концепции она стала первой раввинской академией, которая удовлетворяла стандартам академической науки.
Многие столетия изучение Талмуда сильно отличалось от учёбы в университете, слишком разными были методы, изучаемый материал и общественный статус. Когда же после Великой французской революции еврейское сообщество потеряло свою правовую и культурную автономию, возникла необходимость в преодолении пропасти между современностью и еврейской традицией. В Бреславле этого удалось добиться благодаря научному и историческому подходу к иудаизму. При этом преподаватели и учащиеся должны были соблюдать правила еврейской религии.
За академией в Бреславле не стояло какое-либо религиозное течение и тем более какое-либо государственное учреждение или религиозная община. Она была основана благодаря щедрому пожертвованию из средств, оставшихся после смерти бреславльского банкира Йонаса Френкеля, а концепцию преподавания разработал её основатель и первый директор Захариас Франкель. Франкель, который родился в Праге и служил раввином в Дрездене, стремился к «изучению еврейской теологии с использованием методического подхода и с учётом всей материальной полноты предмета в сочетании с широким научным образованием». Методический подход означал для него прежде всего историческую критику и описание источников. Под материальной полнотой подразумевалось принятое в еврейской традиции комплексное изучение текстов Библии и Талмуда на языках оригинала, а не в переводе. Поэтому многолетние курсы обучения в Бреславле были посвящены изучению древнееврейского языка, Библии, Талмуда, раввинского права, религиозной философии, географии Палестины и истории евреев. И наконец, выдвинутое Франкелем требование «широкого» образования означало, что каждый раввин, обучающийся в академии, должен был помимо этого окончить гимназию и университет. После девяти лет напряжённой учёбы ему присваивалась степень доктора наук и титул раввина – как правило, именно в такой последовательности, так как обычно диссертация защищалась раньше, чем заканчивалось изу­чение Талмуда.
Конечно, и до появления академии в Бреславле некоторые претенденты на получение раввинского диплома изучали философию, филологию и ориенталистику в университетах и исследовали религиозные источники, пользуясь средствами исторической науки. Однако то, что этот подход был поставлен на прочную институциональную основу, является исключительной заслугой бреславльской академии. За десятилетия её существования раввинский титул получили 249 слушателей. В среднем там обучалось около 40 студентов. Все раввинские академии, появившиеся позднее, были созданы под влиянием бреславльской модели, а обучение американских раввинов в основных чертах следует ей до сих пор.
Раввинская академия в Бреславле пользовалась высоким авторитетом и как научно-исследовательское учреждение. Преподаватели, студенты и выпускники работали во всех областях еврейских знаний, от Библии до новейшей истории. Многие их работы, посвящённые текстам на языках Древнего Востока, были понятны лишь избранным высокообразованным читателям, некоторые же труды, например, 11-томная «История евреев» доцента академии Генриха Греца, поистине стали достоянием народа. Современная форма еврейских исследований, которая в 1819 году в сформировавшемся вокруг Леопольда Цунца берлинском студенческом кружке получила ставшее программным название «наука о еврействе», рассматривает еврейскую литературу в первую очередь не как религиозный источник, а как историческое наследие, равноценное национальным литературам европейских народов. Обращение к еврейскому прошлому было призвано преодолеть презрительное отношение к евреям и антиеврейские предрассудки и привести всех евреев к осознанной и осмысленной идентификации себя со своей собственной историей и культурой.
После Первой мировой войны академия активно пыталась охватить своей деятельностью более широкие массы населения, однако её продолжали считать центром высокой учёности. После погрома в ноябре 1938 года академию закрыли, но ещё в феврале1939 года двум последним студентам были тайно вручены дипломы раввинов.
Историческое наследие Еврейской теологической академии не исчерпывается одной только символикой. Важно осознать, какое значение имеют для нашего времени еврейские источники и научное мышление, и более активно использовать эти знания в современных общественных дискуссиях.

Автор статьи – профессор истории еврейской культуры и мысли Центрально-Европейского университета в Будапеште.