12-й год выпуска № 2 / 24 февраля 2012 | 1 адара 5772

Старая родина – новая родина

Община бухарских евреев в Ганновере строит новый общинный центр

Михаэль Грау

В углу всё ещё лежат мешки с цементом, из стен выходят многометровые кабели. По комнатам и коридорам разносится грохот дрелей. Через несколько месяцев работы всё будет готово: осенью Еврейская бухарско-сефардская община Ганновера планирует открыть свой новый общинный центр по адресу Бангеманштрассе, дом 8 в районе Риклинген. Этот центр должен стать местом встреч для проживающих в Германии 230 семей бухарских евреев общей численностью около 1200 человек. В одном только Ганновере проживает 60 семей (около 300 человек). Таким образом, в столице Нижней Саксонии находится самая большая и единственная в Германии самостоятельная община бухарских евреев из средней Азии.
В настоящее время члены общины по-прежнему собираются на первом этаже жилого дома, однако там уже давно стало слишком тесно. Поэтому община искала новые помещения и нашла их в бывшем центре ныне несуществующей протестантской общины Марии Магдалины в Ганновере. «Это было практичное решение, – рассказывает почётный член бухарской общины Михаэль Кребс, – поэтому мы его купили».
Первые бухарские евреи приехали в Германию в 90-х годах после падения «железного занавеса». Первоначально они проживали в Бухаре и Бухарской области в Узбекистане. Однако к бухарскому сообществу относятся также евреи из Таджикистана и Киргизии.
После Вавилонского плена в VI веке до н.э. многие евреи остались в тогдашнем Персидском царстве и расселились до границ Китая и Монголии. Многие занимались торговлей на знаменитом древнем Шёлковом пути. «До возникновения христианства и ислама Шёлковый путь имел громадное значение», – поясняет Кребс. Названия расположенных вдоль него городов звучат экзотически: Самарканд, Бишкек, Ташкент или уже упоминавшаяся Бухара. Предки современных бухарских евреев численностью около 35000 человек жили в Самарканде и его окрестностях. Из элементов персидского, древнееврейского и таджикского языков они создали свой собственный язык – бухарско-еврейский (бухор).
29-летний Евер Мотаев гордится этим прошлым. В 1997 году он приехал в Германию. Здесь он ходил в школу, получил аттестат зрелости и давно в совершенстве владеет немецким языком. Сегодня у него три магазина по продаже мобильных телефонов в Ганновере. «Мои предки смогли создать еврейское сообщество и сохранить его, – рассказывает он. – Применительно к сегодняшнему дню это означает: я рад, что сегодня в Германии мы делаем то же самое и что я участвую в этом». Поэтому Мотаев активно работает в правлении общины, являясь самым молодым его членом. Он считает Германию своим домом: «Мы уже пустили здесь корни. Я провёл здесь половину своей жизни и не собираюсь уезжать отсюда».
После распространения ислама евреи Средней Азии оказались в трудном положении. Дело доходило даже до насильственных обращений в ислам. Отдельные общины бухарских евреев продолжали тайно исповедовать иудаизм, подобно их братьям по вере в средневековых Испании и Португалии.
В конце XVIII века на помощь переживавшей религиозный упадок общине пришёл раввин Йосеф Мамон бен Моше из Цфата (Сафед). Он ввёл сефардский ритуал и таким образом спас эту народность от исчезновения. В XIX веке в результате завоевания Российской империей Средней Азии бухарские евреи вступили в контакт с ашкеназскими евреями, проживавшими на западе страны. После распада Советского Союза их ничего больше не удерживало на родине, и почти все иммигрировали – главным образом в США и Израиль. Некоторая часть переехала в Германию и Австрию.
В отличие от многих других евреев из бывшего СССР, которым после крушения этой страны пришлось заново знакомиться со своей религией, «бухарцы», как их иногда называют, сохранили крепкую связь с еврейством. Их обычаи несколько отличаются от обычаев других еврейских сообществ. «Обычное субботнее богослужение может длиться четыре-пять часов», – рассказывает Михаэль Кребс.
Евер Мотаев также по возможности придерживается религиозных правил. В Шаббат и праздники он всегда приходит со своей семьёй в синагогу. Семья питается кошерно. «Интегрироваться – не значит ассимилироваться, – говорит Мотаев. – Можно иметь немецкий паспорт, быть немецким евреем, но это не означает, что при этом ты должен утратить свою идентичность».
Сам Михаэль Кребс не «бухарец», а немецкий еврей из Берлина, родители которого пережили Холокост. В поисках аутентичной формы иудаизма он присоединился к иммигрантам, потому что его восхищает первозданность их веры. 65-летний Кребс, бывший архитектор и владелец ресторана, хорошо разбирается в немецкой экономике и поэтому может словом и делом помочь иммигрантам.
Финансовую поддержку в создании нового общинного центра оказали земельное правительство, Центральный совет евреев в Германии, Земельный союз еврейских общин Нижней Саксонии и многочисленные спонсоры. Новые помещения практически полностью удовлетворяют нуждам общины. «Нам только осталось их отремонтировать», – говорит Кребс. В торце молельного зала, рассчитанного примерно на 200 человек, на маленьком помосте будет стоять шкаф для свитков Торы. В центре будет находиться пульт для чтения. На балконе женщины смогут следить за ходом богослужения. «Мы – традиционная община», – подчёркивает Кребс. Однако цветные церковные окна, установленные в 60-х годах, могут остаться, поскольку, по его словам, они нейтральны. В подвале разместятся помещения для молодёжи, компьютерный зал, бильярдная и комната для занятий музыкой. На верхнем этаже будет расположен детский сад.
Единственное, чего не хватает, так это собственного раввина. Он должен говорить по-немецки и, конечно же, знать бухарско-еврейский язык. У Михаэля Кребса уже есть на примете три кандидата. Однако из-за нехватки денег общине пока придётся подождать. «Проблема не в том, чтобы найти подходящего раввина, а в том, чтобы его оплачивать», – говорит Кребс.
Сайт общины: www.bucharische-juden.de