10-й год выпуска No 11 / 30 ноября 2010 – 23 кислева 5771

Борьба за выживание

Число говорящих на идише уменьшается, однако всё больше молодых людей изучает этот старинный язык

В еврейском мире не прекращаются дискуссии о будущем языка идиш, которые часто носят эмоциональный характер. Большинство, похоже, считает, что идиш – это вымирающий, а то и практически мёртвый язык. Иногда причиной такого мнения является абсолютное незнание вопроса. Небольшая группа защитников идиша, напротив, пророчит этому языку большое и славное будущее. Каково же действительное положение вещей?
«С научной точки зрения, – говорит профессор Иехиэль Шейнтух, один из ведущих специалистов по идишу и руководитель кафедры идиша Еврейского университета в Иерусалиме, – в обозримом будущем идишу не грозит вымирание». По словам Шейнтуха, к категории вымирающих обычно относятся языки, на которых говорят лишь тысячи или десятки тысяч человек и которые вряд ли переживут XXI век. «На идише же говорят от двух до трёх миллионов человек. На этом языке создаются литературные произведения, он преподаётся во многих странах мира. С недавних пор даже поисковая система «Гугл» предлагает перевод на идиш», – рассказывает учёный.
Тем не менее, будущее этого языка не гарантировано. Трагическим переломным моментом, сыгравшим решающую роль в развитии идиша, стал Холокост. По оценкам, из шести миллионов евреев, убитых нацистами, пять миллионов говорили на идише. При этом была уничтожена не только почти половина носителей этого языка, но и всё идишское культурное пространство. «В Восточной Европе, – подчёркивает Шейнтух, – идиш не умер. Его убили». По оценкам, жертвами нацистов стали 1200 еврейских писателей. Это невосполнимая потеря.
После Холокоста еврейские деятели культуры сохранили верность своему языку. Выжившие создали множество произведений, посвящённых Холокосту. Эта страница в идишской литературе по-прежнему остаётся недостаточно изученной. За пределами Европы любители идиша также боролись за то, чтобы сохранить его в качестве языка повседневного общения и литературы. Однако после уничтожения центров идиша в Восточной Европе динамика развития этого языка сильно замедлилась. В Советском Союзе, где удалось выжить самой большой группе носителей идиша, даже незначительный ренессанс этого языка оказался невозможным вследствие жестокого подавления властями еврейской культуры.
Хотя в настоящее время небольшая группа литераторов упорно продолжает писать на «мамэ лошн», однако их ряды постепенно редеют, так же как и ряды их читателей. Одним из последних значительных деятелей идишской литературы XX века был знаменитый своим языкотворческим даром поэт Абрам Суцкевер, скончавшийся в январе 2010 года в Израиле в возрасте 96 лет. В результате демографического развития, особенно начиная с 70-х годов, одна за другой стали исчезать издававшиеся на идише газеты. Сегодня издаётся лишь небольшое количество публикаций на идише, и то, если на это хватает государственных или частных финансовых средств. Так, например, ежедневную нью-йоркскую газету «Форвертс», издающуюся на идише с 1897 года, в значительной степени вытеснил её англоязычный аналог газета «Форвард». Сегодня «Форвертс» выходит раз в неделю и практически полностью субсидируется из доходов от капитала выпускающего её фонда.
К сожалению, демографические потери, приведшие к значительному ослаблению позиций идиша, не компенсируются появлением новых носителей языка. Сегодня дети, языком общения которых является идиш, – это в основном отпрыски ультра­ортодоксальных семей в Израиле и США. В этих кругах идишем просто пользуются, не заботясь о культуре речи. Если подходящее слово на идише не приходит в голову, то используют ивритский или английский эквивалент. Так, например, десятилетний ребёнок, играющий в парке отдыха под Иерусалимом, обращается к своему младшему брату, который растерянно сидит, не зная правил игры: «Дре зих, дре зих, мах сивувим» («Кружись, кружись, делай сивувим (иврит: круги)»). Сам Шейнтух как-то услышал в Иерусалиме разговор трёх девочек из ультраортодоксальных семей. Речь шла о цветных леденцах. «Их хоб а грине цукерке» («У меня зелёный леденец»), – сказала одна из них. «Их хоб а ройте» («У меня красный»), – заявила другая. А третья сказала: «Ун их хоб а катоме» («А у меня катоме» (от ивритского катом – оранжевый)). Отсутствие полноценной языковой среды приводит к снижению уровня идиша, которым пользуются ультраортодоксы. Недавно проведённое исследование показало, что дети из ультраортодоксальных семей образуют множественное число идишских слов не в соответствии с грамматическими нормами идиша, а с помощью ивритских окончаний -им и -от. Ультраортодоксальные газеты на идише – как правило, речь идёт о мелких изданиях – также не всегда строго придерживаются правил орфографии и грамматики. И тем не менее, если кто-то и может обеспечить сохранение идиша в качестве языка повседневного общения, то это жители иерусалимского района Меа Шеарим и нью-йоркского Бруклина.
Как в Израиле, так и в США идишу пришлось конкурировать с местным языком: английским в Америке и ивритом в Израиле. При этом между диаспорой и исторической родиной имелись значительные различия. В США и других странах многие иммигранты пытались перенимать культуру и язык новой родины. Многие из них стеснялись идиша, считая его пережитком прошлого. Это хорошо показано в известном американском фильме про еврейских иммигрантов «Хестер-стрит», действие которого происходит в конце XIX века. В одном из эпизодов на еврейском танцевальном вечере была установлена табличка «Ноу йидиш!» (англ.: «Говорить на идише запрещается!»). И чтобы всем было понятно, внизу еврейскими буквами было приписано то же самое на идише: «Кейн йидиш!». Однако в конечном итоге вопрос, на каком языке говорить, оставался личным делом иммигрантов и их детей. Государство в это дело не вмешивалось.
По-другому дело обстояло в Израиле. Для сионистских идеологов в подмандатной Палестине, а затем и в недавно созданном государстве Израиль «язык изгнания» был как бельмо на глазу. «Новые евреи», стремившиеся избавиться от позорного, по их мнению, наследия диаспоры, порой реагировали весьма агрессивно, когда слышали, как иммигранты разговаривают на идише. По словам Шейнтуха, речь шла не только о языке, но и о «балласте» изгнания в целом. Поэтому основатель еврейского государства Давид Бен-Гурион объявил ТАНАХ фундаментом еврейской цивилизации, Талмуду же, который также оказал огромное влияние на судьбу еврейского народа, он не придавал большого значения. По мнению Шейнтуха, абсолютное неприятие наследия диаспоры привело к духовному обнищанию израильского общества, последствия которого ощущаются до сих пор. Даже Менахем Бегин, премьер-министр Израиля с 1977 по 1983 год, который любил вставлять в свою речь слова и фразы на идише, однажды публично с насмешкой отозвался об этом языке. В беседе с лауреатом Нобелевской премии по литературе Исааком Башевисом-Зингером он прямо перед объективами телекамер заявил, что иврит был выбран в качестве официального языка Израиля, потому что на идише невозможно отдавать военные приказы. Для наглядности он произнёс несколько ивритских слов с идишским акцентом. Эта тирада была не только оскорбительной, но и неверной с исторической точки зрения, ведь не прошло и сорока лет с тех пор, как руководители восстаний в гетто и командиры еврейских партизанских отрядов именно на идише отдавали своим бойцам приказы, посылая их в бой.
По иронии судьбы в современный иврит вошли слова и поговорки из идиша, и даже некоторые элементы его синтаксиса. Некоторые из этих слов стали органичной частью иврита. Так, например, в иврит из идиша пришли такие слова, как швицер (хвастун), фойлэ штык (сомнительный трюк), хап-лап (делать что-либо на скорую руку). Некоторые идишские глаголы, войдя в иврит, претерпели лишь поверхностные изменения. Например, глагол фаргинен (позволять) в современном иврите превратился в лефарген. Встречаются и кальки с идиша. Так, когда носитель иврита хочет выразить полную неуверенность в чём-то, он говорит лех тэда, что является дословным переводом идишского ге вейс (иди знай). Возможно, пионеры алии вместе с идишем стремились избавиться от той части своей личности, которая могла помешать им стать новыми евреями.
Сегодня идиш переживает расцвет, причём не только в академической сфере, но и в области неформального образования. Если в 50-е годы XX столетия лишь немногие вузы предлагали возможность изучения идиша, то сегодня этот язык в той или иной форме можно изучать в десятках, а то и в сотнях вузов по всему миру. По иронии судьбы в этом году университет в Беэр-Шеве, названный в честь противника галута Бен-Гуриона, открыл центр идишистики. Идиш также преподаётся в ряде израильских гимназий. В США этот язык преподают и изу­чают во многих вузах. В других странах идиш также является составной частью программы некоторых вузов. Для большинства студентов изучение этого старинного языка является частью поиска своей собственной еврейской идентичности. Для людей, говорящих по-немецки, изучение идиша не представляет особых трудностей ввиду сходства обоих языков. В Германии идиш можно изучать, в частности, в университетах Дюссельдорфа и Трира, в Берлинском техническом университете и, конечно же, в Высшей школе иудаизма в Гейдельберге.
Любопытно, что именно Еврейский университет в Иерусалиме пошёл в противоположном направлении и два года назад закрыл отделение идишистики, существовавшее с 1951 года. Сегодня в этом вузе предлагаются лишь отдельные курсы идиша. Данный шаг, как обычно, объяснялся нехваткой средств, однако такого специалиста по идишу, как Иехиэль Шейнтух, не может удовлетворить подобное объяснение. Он считает, что закрытие отделения идишистики возмутительно и ничем не оправдано. Тем не менее, Шейнтух считает, что идиш занимает прочные позиции в академических кругах по всему миру. Чтобы помочь студентам, изучающим идиш, и другим любителям этого языка, этим летом Шейнтух издал идиш-ивритско-английский учебный словарь. Этот словарь, рассчитанный на первые три года обучения, содержит не только переводы 5000 наиболее употребительных идишских слов, но и примеры их употребления. «В сущности, это было чистым безумием, – говорит Шейнтух. – Я отдал словарь в печать, не имея на это средств и не зная, как я всё это буду финансировать». Однако его опасения оказались напрасными. Это небольшое издание пользуется таким большим спросом в Израиле и диаспоре, что расходы удалось покрыть.
(Заказать книгу можно по электронной почте:
dovsadaninst@mscc.huji.ac.il,
цена одного экземпляра –
25 долларов США)
wst