2010-11-29

Дитер Грауман избран на пост президента ЦСЕГ

Berlin, 28. November 2010, 22. Kislew 5771

Дитер Грауман избран на пост президента ЦСЕГ

7-й информационныйвыпуск пресс-службы ЦСЕГ целиком посвящён избранию Дитера Граумана на пост президента Центрального совета евреев в Германии. Мы предлагаем Вашему вниманию портрет нового президента ЦСЕГ, избранного 28 ноября 2010 г. сроком на четыре года, и обширное интервью с ним.

Убежденность и энтузиазм

Дитер Грауман выступает за возрождение чувства собственного достоинства евреев / Портрет нового президента Центрального совета евреев в Германии

Для большинства людей событие, которое произошло три с половиной тысячелетия назад, не имеет никакого значения. Но не таков Дитер Грауман. На вопрос, что побудило его выставить свою кандидатуру на пост президента ЦСЕГ, он, не задумываясь, отвечает: «Долг каждого еврея заботиться о том, чтобы не прервалась цепочка поколений, начавшаяся у горы Синай три с половиной тысячелетия назад. И евреи борются за это из поколения в поколение». Точка зрения Граумана уходит корнями в представления иудаизма, согласно которым души всех евреев - и тех, кто жил в те далекие времена, и тех, кому суждено было родиться в будущих поколениях, были на горе Синай во время божественного откровения. Это образ, в котором поколения не только расположены в хронологической последовательности, но и объединены в идеальной одновременности. Для неортодоксального, но верующего еврея Граумана то время является частью его настоящего, и это ощутимо и в момент его радости по поводу избрания главным представителем еврейского сообщества Германии.

То, что Грауман занимает этот пост, не лишено парадоксальной составляющей. Его родители, родом из Польши, прошли нацистские принудительные работы и концлагеря и пережили трагедию Холокоста. После войны они оба попали в расположенный недалеко от Франкфурта лагерь для перемещенных лиц в Цайльсхайме. Там они и познакомились, а впоследствии и поженились. Когда его мать, Чеся (Чеслава) забеременела, родители покинули Германию, чтобы начать новую жизнь в Израиле. Там и родился их маленький сын в 1950 году в городе Рамат-Гане. Однако, отец Саломон (Шломо), подорвавший свое здоровье в концлагере, не мог переносить жаркий израильский климат. Полтора года спустя семья опять отправилась в сторону Европы, сначала ненадолго во Францию, а затем обратно в Германию, страну нацистских преступников и единственное государство, на территории которого израильский паспорт тогда считался недействительным. И хотя путешествие в Германию должно было быть недолгим, семья, в конце концов, осела во Франкфурте.

Не без страха. Когда надо было отдавать сына в школу, родители хотели оградить его от антисемитских нападок и внушали ему, чтобы он не упоминал свое еврейское имя Давид в присутствии школьного начальства и одноклассников. Отныне, наставляли они сына, его будут звать Дитером. Маневр этот, однако, полностью провалился. Когда первоклассников спросили об их религиозной принадлежности, новоиспеченный Дитер ответил: «Еврей». И мнимая тайна была раскрыта в тот же день. Имя же осталось, хотя мальчик его не любил, да и сейчас не находит его особенно красивым. «Когда я уже вырос и мог его поменять, - пожимает он плечами, - время уже ушло».

Дом Грауманов не был религиозным. Однако, родители отправили девятилетнего Дитера в строго ортодоксальный еврейский интернат в Швейцарии. Там он провел полтора года. «Я потом пытался убедить родителей вести ортодоксальный образ жизни», - вспоминает он. Попытка не удалась, но Грауман до сих пор благодарен, что получил тогда всесторонние знания иудаизма. Тем временем, семья крепко встала на ноги во Франкфурте. Саломон Грауман открыл закусочную, а потом успешно вел дела на рынке недвижимости. Дитер окончил гимназию, год проучился на юридическом факультете в Лондоне, вернулся затем во Франкфурт, закончил экономический факультет и защитил диссертацию по этой специальности. Проработав несколько лет научным сотрудником Центрального банка Германии, он открыл собственную фирму по управлению недвижимостью, которую и возглавляет до сих пор. Его жена Симона - фармацевт по образованию, у них двое детей.

Основное увлечение Граумана, кроме его страсти к футболу, - чтение, причем он иногда читает несколько книг одновременно. Одним из его любимых авторов является лауреат Нобелевской премии по литературе, писавший на идише Исаак Башевис Зингер. Как никто другой, Зингер в своих произведениях увековечил уходящий мир евреев Восточной Европы. К идишу у Граумана особая душевная привязанность. «Родители говорили со мной на смеси идиша и немецкого, но вырос я в первую очередь на языке идиш. Можно сказать, что немецкий был моим первым иностранным языком».

Отношения с родителями были и остаются очень близкими. Его день и сегодня начинается с визита к ним. Правда, отец и мать не в восторге от нового поста их сына, они боятся, что он будет слишком привлекать к себе внимание - позиция, отнюдь не редкая среди переживших Катастрофу людей. Для их же родившегося в другое время сына само собой разумеется выступать в защиту интересов еврейства. Уже много лет Грауман ведет активную работу в Еврейской общине Франкфурта. В 1985 году он принимал участие в акции протеста против постановки во Франкфурте антисемитской пьесы Райнера Вернера Фасбиндера «Город, мусор и смерть». В то время как часть членов общины и ее председатель, Игнац Бубис, заняли сцену театра, Грауман с остальными проводил демонстрацию против спектакля перед зданием театра, за что левые демонстранты, выступавшие за постановку, обозвали его «врагом свободы творчества». Но это, конечно, не отпугнуло его, и он до сих пор полагает, что та акция протеста явилась поворотным моментом в жизни еврейского сообщества Германии. «Этой демонстрацией евреи, как уверенные в себе граждане, восстали против антиеврейской травли», - подводит итог Грауман, - «Это был акт эмансипации».

Эманипированная еврейская жизнь в Германии — это та модель, за которую и сейчас выступает Грауман. По его философии, евреи должны при необходимости активно бороться против антисемитизма в любых его проявлениях и, никоим образом не таясь, открыто и энергично выступать за свои интересы. Это он подчеркнул в своей речи по поводу годовщины Хрустальной ночи в церкви св. Павла во Франкфурте. «Мы будем упорно, энергично и последовательно, с душевным огнем и страстью, бороться за все то, что считаем правильным», - возвестил он и не без иронии добавил: «Пусть никто не боится, что пропадет наш боевой дух». При этом еврейская жизнь в демократическом государстве Германии для него не просто легитимна, она стала уже неотъемлемой частью как еврейской, так и немецкой действительности. Об этом он говорит с той же определенностью, что свойственна и его критическим выступлениям. «Еще никогда евреи, - заявил он далее в церкви св. Павла, - не могли жить в этой стране так свободно и хорошо, как сейчас». В некоторых еврейских кругах за пределами, а порой и внутри самой Германии подобная похвала в адрес ФРГ до сих пор вызывает неудовольствие. Новый президент Центрального совета знает об этом и уважает и это мнение. Однако, для эмансипированного и деятельного гражданина Граумана это отнюдь не повод скрывать свое мнение.
-----------------------------------------------------------

„Я хотел бы сделать что-то для общего блага"

Интервью информационной службы ЦСЕГ с новым президентом Центрального совета, д-ром Дитером Грауманом

Вопрос: Почему Вы выдвинули свою кандидатуру на пост президента Центрального совета евреев в Германии? Неужели Вам нужна вся эта головная боль, неизбежно сопутствующая этому посту, огромный стресс и конфликты, да еще и ограничения в личной жизни? Вас не удовлетворяла Ваша предыдущая жизнь?
Ответ: Как раз наоборот. Именно потому, что я доволен своей жизнью и благодарен за нее, я со своей стороны хочу сделать что-то для общего блага. Меня волнует не только то, что происходит здесь и сейчас. Долг каждого еврея позаботиться о том, чтобы не прервалась цепочка поколений, три с половиной тысячелетия назад начавшаяся у горы Синай. Только так мы сможем гарантировать наше будущее в грядущие годы и тысячелетия. И в отведенное мне время я хочу внести в это свой собственный вклад. Без ясного осознания этой исторической перспективы я бы не стал добиваться этого поста.
Но мне бы также не хотелось, чтобы возникло впечатление, будто я приношу себя в жертву. По опыту знаю: тот, кто помогает другим, ничего не теряет, зато приобретает очень многое. Делать это, иметь возможность выступать в защиту других — это подарок, который ты сам можешь себе сделать.
Ибо: Ты сам бесконечно много получаешь при этом, это развивает и обогощает тебя. И, конечно, это напрямую касается такого важного поста, как президент Центрального совета.

Вопрос: Какие цели Вы ставите перед собой на Вашем новом поприще?
Ответ: Наиважнейшей целью для меня является укрепление и обновление еврейской жизни в Германии, и в этом я ничем не отличаюсь от моих предшественников. Однако, чтобы вернее достичь этой цели, нам следует сейчас соответствовать изменяющимся со временем условиям.

Вопрос: Что конкретно это означает?
Ответ: С 1990 года в Германию иммигрировало около 200 000 евреев из бывшего Советского Союза, около 100 000 человек вступили в еврейские общины. Число членов еврейских общин в Германии увеличилось почти в четыре раза. Интеграция этих людей остается нашей самой насущной задачей. Она не потеряет важности и в будущем, однако, при этом смещаются приоритеты. Большинство иммигрантов живут в Германии уже более десяти, а иногда и двадцать лет, и часто они здесь вполне хорошо адаптировались. В последние годы иммиграция резко сократилась — не только в связи с новыми постановлениями, но и в первую очередь потому, что в странах бывшего СССР снизилось желание эмигрировать.
В настоящее время первоочередной задачей становится обеспечение преемственности еврейской жизни. Мы должны активнее вовлекать молодежь в работу общин, углублять знания иудаизма, укреплять еврейское самосознание и развивать религиозную жизнь. Отход молодых евреев от жизни общин представляет собой стратегическую угрозу будущего. Поэтому нам требуется продуманная перспективная программа молодежной и образовательной работы, больше раввинов и учителей религии. Иначе неизбежны сущностные потери. Нам нужно бороться за умы и сердца нашей молодежи. Ведь мы строим здесь новое еврейское сообщество - новое плюралистическое еврейство Германии. И мы хотим совместными усилиями привести его к процветанию.

Вопрос: Для этого не достаточно одного энтузиазма, нужны еще и средства. А их-то и не хватает.
Ответ: Действительно, наш энтузиазм безграничен и, чтобы соответствовать ему, должны увеличиться наши бюджеты. Возрождение еврейской жизни в Германии является ясно декларированной целью правительства ФРГ. На прием и интеграцию еврейских иммигрантов мы получили большую помощь от федерального правительства, земель и коммун. Мы благодарны за это и надеемся на то, что Германия и в дальнейшем будет предоставлять необходимые средства для долгосрочного обеспечения еврейской жизни.

Вопрос: Получится ли это? Ведь в Германии экономят.
Ответ: Речь идет о суммах, необходимых для нас, но в действительности не таких и больших в общем масштабе. И было бы не логично, прекратить финансирование на полпути развития. Это не соответствовало бы и исторической логике, ведь во времена национал-социализма было разграблено состояние еврейских общин и отдельных евреев, реституция же была проведена далеко не в полной степени. По-прежнему правильно утверждение: у нас не слишком много евреев, а слишком мало средств, чтобы реализовать все, что необходимо для построения новой еврейской жизни.
Я полагаю, что процветание еврейской жизни является обогащением для всей Германии в целом. Это касается не только достижений отдельных евреев, работающих в области науки, культуры или экономики, но и существования сильного еврейского сообщества как такового, вносящего свой голос и свои традиционные ценности в общественные дискуссии. Не говоря уже о том, что еврейские общины и учреждения накопили обширный опыт в сфере интеграции. То, что при этом десять процентов «интегрировали» большинство в девяносто процентов, представляет собой редкое и уникальное явление и успех, равный которому мало где можно встретить. Конечно, все это невозможно один к одному перенести на всю проблематику интеграции в Германии, но это может оказаться полезным. И мы будем рады поделиться с другими нашим особым опытом интеграции.
К этому опыту не в последнюю очередь относится то, что мы не допустили, чтобы разница в географическом, языковом и культурном происхождении воспрепятствовала солидарному сосуществованию. К сожалению, в прошлом среди евреев в Германии так было далеко не всегда. Во времена кайзеровской Германии и Веймарской республики немецкие евреи с презрением и свысока смотрели на приехавших из Восточной Европы евреев. Чувство общности судьбы было им тогда недоступно. Восточно-европейским евреям даже приходилось иногда организовывать собственные спортивные клубы, потому что их неохотно принимали в уже существующие еврейские клубы. Даже в маленьком еврейском сообществе послевоенного времени не удалось преодолеть все эти противоречия. Когда, например, в 60-е годы во Франкфурте была снова возрождена ложа Бней-Брит (еврейские масоны — прим. редакции), пришлось вести борьбу за вступление в нее восточно-европейских членов.
К счастью, с тех пор мы многому научились. Уже до объединения Германии стало нормой отсутствие групповых конфликтов среди евреев, вне зависимости от того, откуда происходят они или их родители, будь то Германия или, как в моем случае, Польша, будь то Советский Союз, Венгрия, Чехословакия или же Иран. Массивная иммиграция из бывшего СССР, конечно, вызвала определенное напряжение, ведь здесь действительно новое большинство интегрировалось в меньшинство. И тем не менее сохранилось единство еврейского сообщества — доказательство того, что люди способны учиться на старых ошибках.

Вопрос: В преддверии выборов немало комментаторов подчеркивало, что Вы станете первым президентом Центрального совета, родившимся после Холокоста. Насколько существенен этот факт?
Ответ: Создается впечатление, что некоторые представители нееврейской общественности страстно ждут, чтобы руководящую позицию в ЦСЕГ, наконец, занял кто-то, кто больше не является жертвой Холокоста. Как будто бы они ждут возможности, так сказать, подвести черту под главой «Шоа». Но здесь не может быть никакой заключительной черты и со мной это не пройдет. Нельзя просто забыть о последствиях уничтожения шести миллионов евреев. И то, что в моем лице президентом Центрального совета впервые станет родившийся после Холокоста человек, ничего не меняет. Не говоря уж о том, что хотя мне, к счастью, не пришлось испытать ужасы Холокоста, Катастрофа постоянно присутствует во мне, и отнюдь не только потому, что мои родители — жертвы Холокоста. И мы сделаем все, чтобы ни в Германии, ни во всем мире, не отрицался Холокост и не умалялись его преступления, и не допустим, чтобы он канул в забвение. С другой стороны, нельзя превращать Холокост в некий заменитель новой еврейской идентичности и ограничиться ролью мрачного траурного сообщества.

Вопрос: Периодически раздается критика, будто бы память о жертвах Холокоста превращается в некое ритуализированное мероприятие.
Ответ: Важная воспитательная задача состоит в том, чтобы ознакомить с Холокостом родишиеся после него поколения так, чтобы люди осознали чудовищность этого преступления и мужество его жертв. Тут действительно существует опасность ритуализации. Но, по-моему, ритуализированная память все же лучше организованного забвения. К сожалению, у большей части поколения молодых политиков в Германии отсутствует правильное представление о значении нацистского «окончательного решения еврейского вопроса». И поэтому крайне важно преодолеть эту ограниченность молодых политиков ФРГ, которые скоро займут ведущие позиции в управлении страной. И Центральный совет должен играть в этом важную роль.

Вопрос: ….и получить прозвище «занудного брюзги».
Ответ: На самом деле я думаю: евреи в Германии не должны быть «предостерегателями» и «увещевателями» на все времена. Мы, евреи, не хотим только возвещать, против чего мы выступаем, мы хотим также заявлять, за что. Мы должны представлять духовное богатство иудаизма и составить свежий, соответствующий духу времени образ еврейства, опираясь на его многочисленные достоинства.
Конечно, при этом не должно создаться впечатление, что Холокост составляет зерно еврейской идентичности. Мы являемся одним из древнейших в мире сообществ, сохранившихся до сегодняшнего времени. Евреи создали ценности, оказавшие решающее влияние на всю человеческую цивилизацию. Мы доказали, что маленькая общность, вопреки всем препятствиям, может пережить тысячелетия только силой веры, морали и традиции. Все это мы должны донести до нашего окружения и до нашей собственной молодежи. В ФРГ нельзя также не упомянуть и огромный вклад евреев в развитие немецкой культуры, науки, политики и экономики. У нас есть все причины для гордости как своими традициями, так и нашим новым настоящим.
И теперь мы, имея за собой огромные позитивные ценности иудаизма, со свежим «зарядом» новых сил и возрожденного оптимизма полны решимости построить наше новое будущее.