10-й год выпуска № 6 / 25 июня 2010 – 13 тамуза 5770

Опасная игра

Турция стремится укрепить свои позиции на международной арене, однако стратегия Анкары может обернуться проблемами как для Запада, так и для Израиля

В последние годы отношение Турции к Европе было довольно прохладным. По отношению к Израилю Анкара ведёт себя всё более враждебно, что ещё раз продемонстрировали события вокруг «флотилии свободы» с грузом для Газы. В то же время турецкое руководство поддерживает хорошие отношения с Тегераном. Во внутренней политике Турции выросло влияние происламских сил. Некоторые уже говорят о религиозно ориентированной «новой турецкой республике». Турецкая политика стала темой интервью, которое дала газете «Zukunft» эксперт по Турции, д-р Анат Лапидот-Фирилла из Еврейского университета в Иерусалиме.

Становится ли Турция частью исламистского блока?
Можно с уверенностью сказать, что Турция не превращается в теократию, живущую по законам шариата. Силы, выступающие за исламистское государство, играют в Турции несущественную роль. Я не могу представить себе никакого реалистичного сценария, при котором им бы удалось направить страну по этому пути. Во всяком случае, правящая Партия справедливости и развития (ПСР) во главе с премьер-министром Реджепом Тайипом Эрдоганом в этом не заинтересована. Однако действительно можно сказать, что сейчас внешняя политика страны претерпевает изменения, и в этом процессе ислам играет важную роль.
Главная цель турецкой политики – стать основным игроком в регионе и укрепить свои позиции на международной арене. Например, Турция дала понять, что стремится стать постоянным членом Совета безопасности ООН. При этом ислам играет двоякую роль. Так, исламская традиция рассматривается как важный элемент турецкой национальной идентичности. Поэтому турецкое руководство хочет, чтобы Турция вошла в круг ведущих мировых держав именно в качестве исламской страны. Одновременно она считает себя представителем исламского мира и стремится к тому, чтобы поднять престиж ислама в мире.

Сможет ли Турция с помощью политики, направленной на отдаление от Запада, приблизиться к своей цели стать одной из ведущих мировых держав?
Проводя более агрессивную внешнюю политику, Турция преследует как прагматические, так и идеологические цели. Эта политика отражает стремление Турции добиться большего признания в мире и сделать Запад более сговорчивым.

Вы считаете это объяснение достаточным? Возьмём, например, Иран. По мнению Запада, соглашение с Тегераном, предусматривающее обогащение Турцией иранского урана, – это попытка защитить Иран от новых санкций ООН. Но заинтересована ли Турция в ядерном Иране?
Конечно же, нет. Однако турки исходят из того, что Иран в любом случае создаст ядерное оружие. Поэтому они не хотят рисковать традиционно хорошими отношениями с Ираном, которые существовали ещё до прихода к власти ПСР.
Соглашение по урану было частью более широкой стратегии: Турция стремится к союзу с другими странами, которые хотят укрепить свои позиции по отношению к Западу. Поэтому неслучайно, что в урановой сделке приняла участие и такая важная страна, как Бразилия, которая также стремится к увеличению своего внешнеполитического влияния. Кроме того, нельзя забывать, что Турция хочет установить более тесные отношения с Россией, которая также борется с господствующим, с её точки зрения, положением Запада. Можно назвать и других потенциальных членов подобного альянса, например, Венесуэлу.

Значит ли это, что Турция при определённых обстоятельствах действительно может присоединиться к альянсу антизападно настроенных стран?
С точки зрения турецкого руководства, оптимальным был бы такой вариант, при котором Турция входила бы в сообщество западных государств и одновременно могла бы ограничивать господство Запада с помощью союза с другими странами. По мнению турецкого правительства, это бы в наибольшей степени соответствовало турецким интересам, которые стоят для него на первом месте. Кстати, вполне возможно, что эти внешнеполитические цели останутся неизменными, даже если к власти снова придут сторонники светской Турции.
Это не самый оптимальный вариант с точки зрения Запада
Нужно учесть, что с момента распада Советского Союза мировая политика находится в нестабильном состоянии и многие государства пытаются заполнить собой вакуум власти, возникший двадцать лет назад. При таком количестве различных факторов спрогнозировать развитие ситуации особенно сложно. Во всяком случае, Запад должен проявить решительность и мудрость, чтобы создать приемлемый для него новый мировой порядок. Турция – это хотя и важный, но лишь один из элементов мозаики.

А какую роль в турецкой политике играет Израиль?
С одной стороны, нынешнее турецкое руководство, также как и религиозная часть турецкой общественности, испытывает чувство солидарности с палестинцами из религиозных соображений. Поэтому нападки на Израиль со стороны Турции отличаются особой жёсткостью. С другой стороны, Турция стремится играть роль миротворца в арабо-израильском конфликте, чтобы таким образом усилить своё влияние в регионе. В то же время она хочет, чтобы позиции Израиля на новом Ближнем Востоке были более слабыми. Желая добиться от израильского правительства большей сговорчивости, Анкара пытается загнать Израиль в угол. Это, кстати, и удалось сделать Эрдогану, как показали недавние события вокруг «флотилии свободы». Турецкое правительство поддержало эту акцию и, после того как стало известно о гибели нескольких её участников, отозвало своего посла из Израиля. Если турецкому руководству не удастся заставить Израиль пойти на уступки, то ситуация может ещё больше обостриться. Неприкрытая враждебность со стороны Турции представляла бы для Израиля большую опасность.